История Церкви. Часть 5: Век сердца и три изма (1800–1968)

Примечание: Этот фрагмент объединяет три отдельные лекции из серии «История Церкви» Дэвида Поусона: 1800–1850 (49,7 минуты), 1850–1900 (51,1 минуты) и 1900–1968 (53,2 минуты; проповедь произнесена в 1967 году). Я объединил их в одно эссе, потому что вместе они рассказывают одну историю: XIX век начинается с того, что сердце вновь оттаивает после холодного рационализма Просвещения, затем приносит крупнейшее миссионерское расширение в истории Церкви, а потом сталкивается с систематической контратакой, которую сам Поусон называет «тем, что сделал дьявол». XX веку приходится жить с последствиями этой контратаки, переживая две мировые войны и три «изма», которые до сих пор формируют Церковь.

От гостиной Уэсли до паровых двигателей

Часть 4 завершилась в 1800 году, когда Евангелическое возрождение вновь согрело Англию, остывшую в XVIII веке. Но возрождение — это не пункт назначения, а начало. Три лекции, составляющие эту часть 5, рассказывают о том, что произошло дальше: как далеко распространилось это согретое сердце в первой половине XIX века, как оно взорвалось во второй половине и чего это стоило в двух мировых войнах XX века.

---

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: 1800–1850 — РОМАНТИЧЕСКИЙ ОГОНЬ И РАСШИРЕНИЕ ЦЕРКВИ

Поусон открывает первую лекцию двумя физическими фактами и одним эмоциональным сдвигом. Физический факт таков: Англия урбанизировалась беспрецедентными темпами во время Промышленной революции, и её население стремительно росло. В эмоциональном плане после холодного рационалистического XVIII века XIX век начался с поворота к романтизму, когда сердце вытесняло разум.

Он приводит конкретные цифры: в 1800 году в Англии было 5 миллионов жителей, а к 1850 году их стало 9 миллионов; затем он цитирует священнослужителя Мальтуса, написавшего эссе с предупреждением о голоде, поскольку население росло быстрее, чем производство продовольствия.

Что касается романтизма, Поусон перечисляет ряд романов: Джейн Остин написала Гордость и предубеждение, Виктор Гюго — Собор Парижской Богоматери, Теккерей — Ярмарку тщеславия, сёстры Бронте — Джейн Эйр и Грозовой перевал, Вальтер Скотт — Айвенго, Александр Дюма — Трёх мушкетёров и Графа Монте-Кристо, а Маколей — Историю Англии. По датам список почти полностью верен, за исключением двух произведений, добавленных в конце: Barchester Towers Троллопа и Lorna Doone Блэкмора. Они принадлежат гораздо более позднему викторианскому поколению (1857 и 1869 годы), то есть выходят за описываемую отсечку 1850 года на семь–девятнадцать лет.

Из этого он делает религиозный вывод: поскольку сердце победило разум, религия процветала. Он приводит цифры: в 1800 году 5% прихожан были нонконформистами, а к 1850 году эта доля достигла 50%. Методистская церковь раскололась как минимум на три основные организации, Церковь Шотландии — на две, а шесть баптистских церквей, включая его собственную церковь Голд-Хилл, якобы основали Баптистский союз.

Всё зелёное

---

II. Миссионеры, пришедшие в мир

Поусон посвящает миссионерам большую часть первой лекции. Он рассказывает о Генри Мартине, который «отказался жениться на своей невесте», отправился в Индию, перевёл Новый Завет и Книгу общих молитв на хиндустани, затем поехал в Персию и умер в возрасте 31 года.

Затем Дэвид Ливингстон, родившийся в Блантайре, Шотландия, первоначально собирался отправиться в Китай, но вместо этого Бог послал его к Роберту Моффату в Южную Африку. Он женился на дочери Моффата и провёл около 15 лет, открывая внутренние районы Африки для миссионеров.

Он также называет Александра Даффа (первого миссионера Шотландской церкви в Индии, отправившегося туда в 1829 году), Сэмюэля Марсдена («миссионера в Австралии и Новой Зеландии») и Роберта Моррисона (отправившегося в Китай с Лондонским миссионерским обществом и издавшего китайский словарь и Библию).

Миссии XIX века никогда не составляли одну историю; это были три параллельные истории — англо-протестантская, римско-католическая и русско-православная, почти невидимые друг для друга.

---

III. Социальное сознание пробуждающейся церкви

Дольше всего Поусон говорит об Уильяме Уилберфорсе. Уилберфорс написал книгу о «рабстве греху, а не о физическом рабстве», убедил премьер-министра Уильяма Питта поддержать законопроект 1807 года об отмене работорговли, а затем 26 лет спустя, в 1833 году, дожил до того, чтобы увидеть само рабство отменённым, прежде чем умер.

Затем он описывает условия труда около 1800 года: семилетние дети работали с 5 утра до 8 вечера, пятилетние дети в угольных шахтах по 12 часов открывали и закрывали вентиляционные двери, а женщины и дети ползали на четвереньках, таща цепные тележки с углём. Затем лорд Шефтсбери провёл через парламент Закон 1842 года, запретивший женщинам и мальчикам младше 13 лет работать в шахтах, а позже «Закон о десятичасовом рабочем дне» ограничил продолжительность рабочего времени и запретил нанимать детей младше 9 лет.

◄◄перемотка · выше по течению

Интерфейс

API

Очередь

Воркер

Источник

---

IV. Три партии внутри англиканской церкви

В заключительном разделе первой лекции Поусон обращается к самой Англиканской церкви, где видит три группы: «низких» (евангелистов, строго придерживающихся Священного Писания и 39 статей), «широких» (свободных в вопросах доктрины) и «высоких» (стремящихся восстановить католическую практику дореформационной эпохи).

Партия «низких» была сильнее всего в Кембридже, где Чарльз Симеон проповедовал в церкви Святой Троицы 54 года — с 1783 года до смерти в 1836 году, причём первое десятилетие сталкивался с открытой враждебностью прихода. Из неё выросли две сети: мирская «Клэпемская секта» (Уилберфорс, Генри Торнтон — первый казначей Британского и зарубежного библейского общества, Закари Маколей) и духовная Ислингтонская конференция священнослужителей.

Партия «широких», по словам Поусона, была «мёртвой, мирской, холодной», и поэтому в 1827 году в Дублине группа недовольных — Энтони Норрис Гроувс, Джон Парнелл, Дж. Г. Беллетт, доктор Кронин, Фрэнсис Хатчинсон и англиканский священник Джон Нельсон Дарби — начала встречаться вне формальной церковной структуры. Они отвергали рукоположенное служение и стремились вернуться к новозаветному образцу поклонения. Так возникли «Плимутские братья», позднее разделившиеся на «исключительных братьев» во главе с Дарби и «открытых братьев» во главе с Джорджем Мюллером и Генри Крейком в часовне Бетесда в Бристоле.

Затем он обращается к «высокой» партии. Поусон рассказывает, что в 1828 году отмена Закона о корпорациях и Закона о присяге открыла парламент протестантским нонконформистам, но встревожила группу оксфордских священнослужителей: Джона Генри Ньюмана, Ричарда Хэррелла Фруда, Эдварда Пьюзи и Джона Кебла. Так началось Оксфордское движение. Они опубликовали около 120 трактатов, утверждая, что действительными являются только служители, рукоположенные епископом, что крещение младенцев означает возрождение и что хлеб и вино действительно становятся телом и кровью Христа. Самый противоречивый из них, «Трактат 90» Ньюмана (1841), утверждал, что священнослужитель может подписать 39 статей, сохраняя собственное толкование. Ньюман уехал в Рим в 1845 году и впоследствии стал кардиналом; многие другие последовали за ним.

Три партии внутри одной церкви, и каждая пытается избежать одного и того же — церкви, принадлежащей государству. Одна обратилась к Писанию. Другая — к Средневековью. Только одна осталась на месте.

---

Так завершаются первые пятьдесят лет XIX века: сердце вновь согрелось, миссионерская волна пересекла все континенты, общественное сознание окрепло настолько, что рабство было отменено, а трудовой возраст закреплён законом, и англиканская церковь действовала сразу в трёх направлениях. Но это было лишь начало. Во второй половине столетия, как рассказывает Поусон в следующей лекции, история удваивает скорость, и дьявол, по его собственным словам, начинает контратаковать.

---

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: 1850–1900 — ЧТО СДЕЛАЛ СВЯТОЙ ДУХ И ЧТО СДЕЛАЛ ДЬЯВОЛ

Поусон открывает вторую лекцию утверждением, что это век женщин, викторианский век, и что в каждом десятилетии с 1850 по 1900 год Святой Дух совершал нечто значительное. Он делит лекцию на две чёткие половины: первая — «Что сделал Святой Дух», вторая — «Что сделал дьявол». Это самая ясная конструкция во всей серии, и я сохранил её нетронутой.

---

V. Великое возрождение 1857–1859 годов

Поусон рассказывает, что в 1857 году вспыхнуло возрождение — сначала не в Англии, а в Америке, где за несколько лет к церкви присоединился примерно миллион человек. Оно распространилось «как степной пожар» в Ольстер (Северную Ирландию), а затем к 1859 году достигло Англии, добавив ещё около миллиона. В качестве источника он цитирует книгу доктора Дж. Эдвина Орра Евангелическое пробуждение. В разгар этого пробуждения обратился двадцатилетний бизнесмен по имени Дуайт Л. Муди.

---

VI. Три фигуры 1860-х годов

По мнению Поусона, из этого возрождения выросло поколение великих деятелей. Он выбирает три имени. Доктор Томас Барнардо готовился стать врачом и собирался в Китай, но остался в Лондоне, обнаружив бездомных мальчиков, спавших под брезентом на рыбном рынке Биллингсгейт. Он основал приюты под девизом: «Ни одному нуждающемуся ребёнку никогда не откажут во входе». Уильям Бут, методистский священник, получил отказ в разрешении на нетрадиционную уличную евангелизацию; его жена Кэтрин крикнула с галереи: «Никогда, Уильям, никогда!» Вместе они основали Армию спасения. И, наконец, Хадсон Тейлор, основавший в 1865 году Китайскую внутреннюю миссию, отличавшуюся межконфессиональным подходом и принципом «жизни по вере», без публичного выпрашивания средств.

Трое детей спят под брезентом на рыбном рынке. Крик с галереи. Однажды вечером на пляже Брайтона мужчина не смог принять причастие. Святому Духу не нужен комитет, чтобы начать движение.

---

VII. 1870–1890-е годы: студенты, конгрессы и сотня студентов на горе Хермон

Поусон проводит прихожан через цепочку событий: Уильям Пеннефатер построил Милдмей-холл (1870) и пригласил Муди проповедовать в 1872 году; Муди и певец Айра Сэнки прибыли в Великобританию в 1873 году и проповедовали в Лондоне перед 2,5 миллиона человек; первая Кесвикская конвенция состоялась в 1875 году; CICCU была основана в 1876 году, OICCU — в 1879-м; Пересмотренная версия Библии была опубликована в 1880 году, но так и не стала популярной; Муди проповедовал в Кембридже в 1882 году; «Кембриджская семёрка» (включая национального игрока в крикет К. Т. Стадда) отправилась в Китай в 1885 году; Роберт Уайлдер из Принстона в 1886 году призвал 1 000 студентов-добровольцев, положив начало Студенческому волонтёрскому движению, официально запущенному в Эдинбурге в 1892 году под девизом «евангелизация мира в этом поколении».

---

VIII. Возраст женщин-писателей гимнов

Поусон завершает раздел «что сделал Святой Дух» замечанием: 19-й век был веком гимнов, написанных женщинами, в отличие от 18-го века Уэсли и Уоттса. Он называет Фанни Кросби (в том числе «Наполни мою жизнь»), Фрэнсис Ридли Хавергал, Кристину Россетти, Сесил Фрэнсис Александер, Гарриет Бичер-Стоу, Анну Уоринг, Арабеллу Кэтрин Хэнки и отмечает, что даже премьер-министр Гладстон написал гимн.

---

IX. Первое, что сделал дьявол: Рим стал более римским, чем когда-либо

Тон Поусона меняется. Во второй половине лекции он перечисляет пять вещей, которые «сделал дьявол» за те самые пятьдесят лет. Первый: Папа возродил орден иезуитов, в 1850 восстановил английскую католическую иерархию, в 1854 провозгласил догмат о Непорочном зачатии («Мария родилась без греха»), а в 1870 Первый Ватиканский Собор объявил Папу непогрешимым при правлении ex cathedra.

Тем же летом 1870 Рим объявил себя более непогрешимым, чем когда-либо, и навсегда потерял свое земное царство. Это не совпадение, которое история упускает из виду.

---

X. Что сделал дьявол, второе: Дарвин и воображаемая война между наукой и верой

Поусон уделяет пристальное внимание Чарльзу Дарвину, подчеркивая, что он никогда не говорил, что «люди происходят от обезьян», что О происхождении видов (1859) заканчивается утверждением Создателя, и что трагедией было взаимное непонимание, наука утверждает, что эволюция является «доказанным фактом», хотя это не так, вера утверждает, что Библия говорит то, чего она не говорила.

---

XI. Что сделал дьявол, третье: атеизм, агностицизм и Карл Маркс

Поусон перебирает список имён: Томас Карлайл (готовился к служению, но стал агностиком), Джордж Элиот (псевдоним Мэри Энн Эванс, автора Mill on the Floss), Джон Стюарт Милль, Герберт Спенсер, Шопенгауэр и Фейербах («человек создал Бога по своему образу и подобию, и Бог — это просто мечта»), Ницше («воля к власти», который, по словам Поусона, заложил основу идеологии Гитлера), Роберт Ингерсолл и, наконец, Карл Маркс, опубликовавший Das Kapital в 1867 году, а также фразу «религия — опиум масс», которую, по словам Поусона, Маркс «позаимствовал у Чарльза Кингсли».

---

XII. Что сделал дьявол, четвертое: «критика» и ученые, лишившиеся своих кафедр

Четвертое, что Поусон называет «самым изощренным оружием» дьявола: отношение к Библии как к полностью человеческой книге, подверженной всем человеческим ошибкам. Он рассказывает о епископе Джоне Уильяме Коленсо, «отлученном» от церкви за то, что Моисей, вероятно, никогда не жил, а Иисус Навин был мифом; и профессор Уильям Робертсон Смит, потерявший кафедру иврита «в Эдинбургском университете» за аналогичные взгляды.

---

XIII. Что сделал дьявол, пятое: новые культы с американского побережья

И последнее: дьявол поднял «ложные культы» с атлантического побережья Америки, держа в руках Библию, но отрицая божественность Иисуса. Поусон перечисляет: мормонов (Джозефа Смита, 1830), адвентистов седьмого дня (1831), спиритизма (1848), христианской науки (1876) и Свидетелей Иеговы, «самых крупных организаций, возникших в этот период».

Во второй половине XIX века Святой Дух действовал не меньше. Но дьявол, по словам Поусона, «мобилизовал свои силы и заставил их ждать». Обе истории правдивы, а за вторую счёт XX веку ещё предстояло заплатить.

---

Поусон завершает вторую лекцию образом: два человека, писавшие в 1850 году, не знавшие друг друга и не подозревавшие, что станут величайшим препятствием для христианской веры на следующие сто лет. Одним из них был Карл Маркс, писавший Das Kapital в Британском музее. Другим — Чарльз Дарвин, только что вернувшийся из путешествия на «Бигле» и работавший над книгой о природе. И, говорит Поусон, словно небо знало о приближении нападения: Святой Дух избрал именно 1859 год, чтобы излить пробуждение, подготовив Церковь к следующим пятидесяти годам, а затем к XX веку, который, как будет сказано в третьей лекции, будет отмечен тремя другими «измами»: либерализмом, экуменизмом и пятидесятничеством.

---

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: 1900–1968 — ДВЕ МИРОВЫЕ ВОЙНЫ И ТРИ ИЗМА

Третья лекция, прочитанная в 1967, начинается тремя письмами из Откровение, адресованными церквям Сардиса («вы носите имя живого, но вы мертвы»), Филадельфии («Я поставил перед вами открытую дверь, которую никто не может затворить») и Лаодикии («вы теплы, ни холодны, ни горячи»). Поусон использует эти три образа, чтобы обрисовать весь 20-й век: Британия вступила в него с абсолютной уверенностью, что это будет век мира и процветания, «вверх, вверх и вверх», уверенность, разбитая двумя мировыми войнами.

Он приводит цифры: в 1800 примерно 19% населения мира были номинальными христианами; к началу 20 века эта цифра выросла до 29,5%. Затем он перечисляет факторы, которые сделали 20-й век полем битвы: распространение секуляризма, коммунизм, правивший третью часть человечества (самый яркий пример - Китай, где когда-то жили сотни миссионеров, а теперь нет ни одного), национализм, из-за которого миссионеров стали рассматривать как «западных империалистов», распад западной цивилизации (цитируя профессора Гилберта Мюррея) и возрождение древних религий. Но он также утверждает: Церковь никогда не была больше, чем сейчас, с «15 новыми христианами каждую минуту», и он упоминает «Переводчиков Библии Уиклифа», основанных в 1933 под девизом «Ещё 2 000 языков».

---

XIV. Первый «изм»: либерализм и Бог без гнева

Поусон говорит, что будет говорить о трех «измах», которые сформировали Церковь 20-го века: либерализме, экуменизме и пятидесятничестве. Первый, по его словам, зародился в Германии, сделав личный опыт, а не Библию или Церковь, окончательным испытанием истины, ведущим к устранению ада, чудес и гнева Божьего. Он цитирует строчку, которую приписывает «Рейнхольду Нибуру»: «Бог без гнева, который привел людей без греха в царство без суда посредством служения Христа без креста». Две мировые войны, говорит он, заставили двух швейцарских теологов, Карла Барта и Эмиля Бруннера, качнуть маятник назад, снова проповедуя грех и искупление, но они так и не вернулись к вере в то, что Библия является буквальным Словом Божьим, поэтому маятник снова качнулся вперед, к новому «радикализму», Бультману, Тиллиху и епископу Вулиджа Джону А.Т. Робинсон, чьи последователи, по словам Поусона, провозгласили: «Бог мертв». В качестве евангельского противовеса он ставит Билли Грэма с его крылатой фразой «Библия говорит».

Маятник колеблется от либералов к неоортодоксам и обратно к радикалам, и при каждом колебании, по словам Поусона, не хватает ровно одного: возвращения к вере в то, что эта книга на самом деле является словом Божьим. Но в тот же самый момент другой совет, в другом месте, пытался найти третий ответ, о котором он ни разу не упомянул.

---

XV. Второй «изм»: экуменизм и дверь, которую Поусон закрыл слишком рано

Поусон прослеживает историю экуменизма, начиная с Евангелического альянса (1845), через девиз Кесвика «Все Одно во Христе Иисусе» (1875) и заканчивая Всемирной миссионерской конференцией в Эдинбурге в 1910, которую он считает формальной отправной точкой, с анекдотом об индийском христианине, представившемся «канадским баптистом». В результате возникли два движения, «Вера и порядок» и «Жизнь и труд», которые объединились во Всемирный совет церквей, основанный в 1938, но отложенный из-за Второй мировой войны до его первой встречи в Амстердаме в 1948 с 147 деноминациями. Он рассказывает о церковных союзах: Канаде (1925), Церкви Шотландии (1929), Британском методизме (1932), Церкви Южной Индии (1947). Он отмечает, что в Совет никогда не входили католики, но в него вошли многие православные церкви. В своей проповеди в начале 1967 он предсказывает, что продолжающиеся переговоры о единстве англиканцев и методистов потерпят неудачу, но более поздняя попытка увенчается успехом, и что пресвитериане и конгрегационалисты объединятся в течение 5-10 лет.

одно желание · потрачено

---

XVI. Третий «изм»: пятидесятничество, рождённое в хлеву

Финальный изм, говорит Поусон, «подобно самому христианству, родился в конюшне, на Азуза-стрит, Лос-Анджелес, в 1906. Норвежский методистский священник Т. Б. Барретт поехал в Нью-Йорк, намереваясь добраться до Лос-Анджелеса, но не смог позволить себе поездку дальше, узнал об этом из переписки и вернулся в Норвегию со своим собственным пятидесятническим опытом. Англиканский викарий Александр Бодди из Сандерленда пригласил его, и в 1907 там вспыхнуло пробуждение. Автор 1967, Поусон говорит, пятидесятничество было почти связано с баптистами как крупнейшей в мире протестантской группировкой, с особенно бурным ростом в Латинской Америке, и примерно с 1960 «новое пятидесятничество» (харизматическое движение) начало появляться в основных конфессиях, начиная с епископальных служителей в Америке.

Поусон завершает этот раздел четырьмя вещами, которые, по его словам, он узнал от пятидесятнического движения: оно расширяет возможности обычных людей, независимо от степени или статуса; это показывает, что языки, развязанные для хвалы, будут развязаны и для свидетельства; оно восстанавливает совместное богослужение, а не просто исполнение служения; и, прежде всего, это восстанавливает веру в то, что Бог все еще действует, — самый живой ответ движению «Бог мертв», которое он только что описал в предыдущем разделе.

---

Три «изма», три разных ответа на один и тот же вопрос: что останется, когда две мировые войны сожгли столетний оптимизм? Один из ответов заключался в опыте. Один повернулся друг к другу. Один обратился к власти. Поусон считал, что только один из троих был полностью прав. Но все три по-своему являются свидетельством того, что Церковь никогда не была мертва, сколько бы раз об этом ни говорили.

---

В заключение: Иисус строит Свою Церковь

Поусон заканчивает последнюю лекцию серии вопросом, на который он так и не ответил в тот вечер: выиграет ли Церковь битву или она исчезнет? Он обещает на следующей неделе говорить о будущем, с 1968 до возвращения Христа. Но он заканчивает тем же, чем заканчивал каждую лекцию во всей серии: Иисус строит Свою Церковь, и врата ада не одолеют ее.